Брезгливый


 - «испытывающий отвращение к нечистоплотности, везде ее подозревающий».

Ученые спорят, к какому корневому гнезду отнести слово «брезгать»: одни возводят его к скисшему, забродившему молоку, другие – к пренебрежительному виду, чванливому задиранию носа. Психологический анализ брезгливости примиряет обе этимологические гипотезы. Сходная мимика и жестикуляция отсылает нас к исходной эмоции – отвращению. Человек отвращает (отворачивает) голову, говорит «фу-у», уберегая нос от неприятного запаха, сжимает губы, закрывает рот рукой, издает «бы-э», имитируя рвотное движение.

Брезгливость это символическая форма предвосхищаемого отвращения, «культура человека проявляется в определенным образом структурированной брезгливости» (С. Мазаев). Каждой культуре свойственны свои, поразительно несхожие представления о том, что «естественным образом» вызывает отвращение. Если у кого-то, по мнению окружающих, отвращение возникает слишком часто и по незначительным (для данной субкультуры) поводам, его называют брезгливым.

Возможно, он родился с повышенным рвотным рефлексом, а воспитание было излишне ограничивающим. Его в детстве поместили в слишком узкие рамки существования (семейные, сословные, моральные) и убедили в опасности всего, что за этими рамками. Так он и живет с инстинктивным страхом перед проникновением во внутреннюю среду – в желудок или в душу – чего-то недоброкачественного, вредоносного. Он не только подозрительно принюхивается и вглядывается в тарелку прежде чем положить в рот первый кусочек. Он сторонится определенных людей, ситуаций, разговоров: «меня тошнит от этих людей», «с души воротит от этой темы», «не могу дышать одним с ними воздухом», «кажется, я никогда не отмоюсь от всего этого».

Нравственная брезгливость – внятный и запугивающий голос совести. Он предупреждает: нечто морально недоброкачественное, чуждое может вторгнуться в твое психическое пространство. Это «нечто» сходно с опасным загрязнением, заразой, оно будет отвергнуто, извергнуто обратно. Даже собственное морально неприемлемое желание вызывает у некоторых людей брезгливость к самим себе, будто наступило тяжелое нравственное загрязнение. Многократное навязчивое мытье рук помогает мало. Не намного эффективнее попытки искупить вину или забыть о ней: ведь совести не известно, что такое жалость и время.

Большинство людей более «толстокожи», устроены грубее и надежнее. Они любят себя, не боятся мира и потому не слишком брезгливы. Совесть у них покладистая, она иногда втихомолку перемигивается с грязноватыми мыслями и желаниями и более того, тонко им подыгрывает.